2014 Trent Reznor on Nine Inch Nails' tour with Soundgarden, getting paid at Woodstock, and hanging with Bowie  




Entertainment Weekly
Май, 2014г.
Kyle Anderson



Трент Резнор о туре Nine Inch Nails с Soundgarden, гонораре за Woodstock и общении с Боуи

Одним из самых значительных туров этого лета станет тур двух рок-титанов, которые будут выступать на одной сцене. Начав его 19 июля в Лас-Вегасе, Nine Inch Nails и Soundgarden с триумфом проедутся по всем амфитеатрам Северной Америки, исполняя как классические вещи (с альбома Nine Inch Nails "The Downward Spiral" и альбома Soundgarden "Superunknown"), так и новый материал (в прошлом году Nine Inch Nails выпустили "Hesitation Marks", а в 2012 году Soundgarden выпустили "King Animal", ставший их первым студийным альбомом за последние 16 лет).

Лидер Nine Inch Nails Трент Резнор связался по телефону с "EW" во время своей остановки в Финляндии, чтобы поговорить о недовольстве, устаревших песнях и гастролях с Дэвидом Боуи.

Почему вы решили отправиться в тур с Soundgarden этим летом? Что вас связывает с этими ребятами?

Я стал их фанатом, как только услышал их в начале 90-х. А потом я помню, как их знаковый альбом вышел в один день с "The Downward Spiral", и они нас затмили, поэтому я внёс их в свой список. [Смеётся] Потом на протяжении многих лет мы пересекались – время от времени выступали на одних и тех же фестивалях, как-то так. Я не знаком с этими ребятами лично, но мы, как и они, даже спустя столько лет, всё ещё на плаву. Когда мы обсуждали этот гастрольный тур, мы решили сделать так, чтобы каждый его этап казался по-своему особенным, и мы осуществляем это, либо посредством выступлений с кем-то ещё, либо посредством постановки шоу. Таким образом, когда мы обдумывали этот этап, нам понравилась идея о выступлениях с какой-то другой группой, которая стала бы прекрасным, но неожиданным, дополнением и музыка которой хорошо сочеталась с нашей. Но я не думаю, что мы так сильно похожи по стилю. Это ставит перед нами задачу представить гармоничное шоу, которое впишется в контекст совместного выступления двух групп. Мы работаем над этим. Этот небольшой дискомфорт препятствует тому, чтобы всё становилось в какой-то степени слишком рутинным.

Раз уж речь зашла о постановке, эти шоу будут похожи на шоу тура "Tension", который проходил в США осенью прошлого года?

Они будут совершенно другими. Вы застали меня прямо перед моим вторым шоу европейского этапа нашего тура, где тоже другая постановка. Мы только закончили тщательную, недельную работу над подготовкой этого шоу и постарались довести до ума каждую мелочь. У меня сейчас самый сложный период, поскольку я не вижу плодов своего труда и я не могу поверить, что мы делаем это снова, стараясь привести в соответствие разные видения и разные задумки, которые мы пытаемся осуществить.

Если вы приходите на концерт или, как чаще всего бывает, смотрите какие-то части на YouTube, вам кажется, что вы видели несколько способов подачи материала Nine Inch Nails. Поэтому летний тур с Soundgarden отчасти будет основан на том, что мы делали в самом начале этого гастрольного цикла, когда мы выступили на нескольких фестивалях, проходивших в разных уголках мира, и это, как мне кажется, было самым интересным из всего, что мы делали до сего момента, даже интереснее, чем "Tension". Это действительно казалось настоящим живым шоу, когда мы выстраивали его и готовили сцену, не задействуя практически никаких эффектов. Мы планируем взять этот подход за основу и развивать его. Есть много шансов, что всё может пойти не так.

Возвращаясь к первой Lollapalooza, раньше ты реагировал на любые неполадки, разбивая аппаратуру. Что ты будешь делать сейчас, если что-то пойдёт не так?

О некоторых из них я могу не знать, поскольку это может произойти вне моего поля зрения. Я не смогу точно оценить эффект, поскольку стою не в самой хорошей точке, чтобы его видеть. Но цель всего этого не сводится к тому, чтобы делать ставку исключительно на спецэффекты. Мы подходим к подготовке наших живых выступлений, стараясь оформить музыку так, чтобы она воспринималась лучше. Я прекрасно знаю, что в наше с вами время есть огромное количество способов привлечь внимание людей, будь-то Интернет, фильмы или что бы то ни было ещё. Телевидение в наши дни хорошее. У вас есть доступ ко множеству всяких вещей, которых у вас не было 20 лет назад, когда вы шли на концерты, ожидая от них чего-то более особенного. Это моя теория. Тогда казалось, что есть не так много вещей, которыми можно заняться. Поэтому, отправляясь куда-то, решая выкроить для чего-то вечер и заплатив деньги, я не отношусь к этому, как к чему-то обыденному.

Я стараюсь постоянно думать над тем, что можно реализовать в этих условиях, что можно сделать, чтобы это мероприятие стало более интересным или более захватывающим, что не может быть передано на экране вашего компьютера, или в ваших наушникам, или с чьих-то слов. Мы много экспериментируем с разными способами этого добиться, будь-то какие-то агрессивные или в определённом отношении более интерактивные действия. Но в конце концов важнее всего то, что когда вы видите это вживую, вы испытаете более сильные ощущения, поскольку такое шоу расширяет то, что мы пытаемся донести с помощью музыки.

Я вижу не так много групп, особенно среди тех, что существуют столько же, сколько Nine Inch Nails, которые всё ещё так экспериментируют.

Мне очень приятно, что вы это говорите, и я замечаю такую же тенденцию. В моём случае мы собрали группу и поняли, что люди действительно хотят нас видеть, так после клубных выступлений у кого-то на разогреве мы перешли к своим собственным клубным выступлениям. Но никто не сажает вас, чтобы сказать: «Вот, как вам нужно это сделать. Вот четыре прожектора, и у вас может быть зелёный и голубой цвет, так что делайте, что захотите». Но вы начинаете мириться с такими вещами, потому что во всём этом всегда присутствует финансовый аспект. Я потерял – я потратил, давайте сделаем это так – на подготовку таких вещей уходят огромные суммы денег. И всё это теряет смысл, когда вы начинаете подсчитывать затраты.

Мне говорят: «Если ты собираешься сделать этот тур, зачем тебе столько на него тратить?» Для того чтобы он был крутым, вот зачем. Это подразумевает существенно более трудоёмкую работу, и, как я уже сказал, незадолго до этого звонка, я почувствовал, что у меня просто руки опускаются, поскольку то, что мы сейчас пытаемся сделать, пока не настолько совершенно. Не думаю, что кто-то из пришедших на сегодняшний концерт, подумает: «Эй, а в этих трёх песнях могло быть и получше», но я то знаю, что только через три шоу после сегодняшнего мы сможем вычислить правильные компоненты. Да, жаль, что нельзя сделать больший акцент на всём том, что было для этого шоу придумано.

Также можно с лёгкостью угодить в ловушку: «Эй, а как нам превзойти Pink Floyd? Добавить побольше всякой фигни на сцене!» Совсем необязательно равняться на кого-то и пытаться быть лучше. Моя цель, чтобы в конце вечера вы покидали шоу с мыслью: «Эй, это было великолепно». Миссия выполнена. Возможно, мы сможем добиться этого лишь с одним прожектором, а возможно, нам понадобится сотня грузовиков с аппаратурой, чтобы провести такое шоу, но нужно создать ощущение чего-то важного и поддерживать ощущение новизны.

Какие на этом этапе тура сет-листы? Есть ли какие-то песни, которые устарели или которые обрели новую жизнь?

Это циклический процесс. В туре "Tension" исполнялось много материал с "Hesitation Marks". У меня была группа, которая могла достойно его интерпретировать. Мы только что провели пару месяцев, гастролируя по Австралии, Японии и Новой Зеландии, и эти шоу вызывали очень сильную эмоциональную реакцию, и мы не исполняли ничего с нового альбома. Всё было более агрессивным и более спонтанным. Теперь мы стремимся к золотой середине. Но вернулась пара песен с "The Downward Spiral": "The Becoming" и "Eraser". Мы довольно долго их не исполняли, и теперь они кажутся интересными. Я помню, что начинал этот тур, стараясь сделать так, чтобы он не производил впечатления слишком ностальгического или ретро, но теперь мне абсолютно всё равно. Мы будем делать то, что мне кажется правильным.

В этом году "The Downward Spiral" исполнилось 20 лет. Как очевидно, эти песни были написаны, когда в твоей жизни всё было совсем по-другому, как на личном, так и на профессиональном уровне. Ты всё ещё чувствуешь связь с этими песнями?

С большинством из них я чувствую связь, потому что они выражали мои истинные чувства. На человеческом уровне времена, когда мне казалось, будто я на бешеной скорости пытаюсь прорваться через пробку, остались в прошлом. На этом альбоме, как казалось, повествуется о впадении в отчаяние и о множестве способов его преодолеть, которые только может знать человек в двадцать с небольшим.

Пройдя через этот процесс после того, как вышла эта пластинка, и преодолев все сложности, которые это за собой повлекло, включая успех, мне кажется, что я на правильном пути. Я ещё не добился всего, чего хочу, но моя нынешняя ситуация кажется мне значительно приятнее, и я жив, и этих двух обстоятельств я никак не ожидал, когда писал тот альбом. Правдивость этих песен всё ещё актуальна для меня, есть пара песен, которые не вызывают у меня никаких чувств, и мы их больше не исполняем, но когда мы на сцене и я пою "Hurt", я по-прежнему ощущаю себя тем человеком.

Что тебе больше всего запомнилось из тура 1994 году в поддержку этого альбома?

Это было странно, потому что изначально он был запланирован непосредственно перед выходом пластинки, и мы рассчитывали выступать в театральных аудиториях, потому что на тот момент это был наш масштаб. Мы отыграли в каждом клубе мира и выступили на разогреве у множества людей в 1990-м, а потом в 1991-м мы оказались на первой Lollapalooza, которая стала для нас своеобразным прорывом, и в тот же период "Head Lika A Hole" стали всё чаще и чаще ставить на радио.

Люди начали узнавать о группе, и мы решили, что, наверное, сможем выступать в клубах или небольших театрах. Затем вышла эта пластинка, "Closer" стал хитом, и эти театральные аудитории были сразу заменены на стадионы. Казалось, что началась какая-то гонка, это было так странно. Ваши друзья меняются, всё меняется, и это происходит на фоне того, что в вашей жизни нет никакого постоянства или дома, или даже уверенности в том, что вы из себя представляете как человек. Это был внезапно свалившийся успех, и на протяжении последующих нескольких лет мы продолжили набирать популярность.

Позже я увидел обратную сторону этого, которая, скажу вам прямо, кажется не особо приятной. Но тогда это было просто умопомрачительно, было сложно сдерживаться и чувствовался такой выброс адреналина. Сложно было не поддаться соблазну. Я ни на что не жалуюсь, но ужасно, когда порой на такие вещи люди тратят свою молодость. Я с нежностью и немного с горечью вспоминаю прошлое, ведь я тогда по-своему сокращал свою собственную жизнь. Но мне нужно было через это пройти.

Частью этого тура было выступление на Woodstock '94. Оглядываясь в прошлое, оно стало поворотным моментом, сделав Nine Inch Nails столь популярными, – ваше выступление стало одним из самых ярких моментов этого мероприятия. Вы чувствовали его важность в то время?

В значительной степени. Что я понял за свою музыкальную карьеру – так это то, что иногда звёзды благоволят вам. Вы можете добиться чего-то, надеясь, что это произойдёт, но в большинстве случаев от вас ничего не зависит. Во многом этому способствует то, что вы со своей эстетикой оказываетесь в нужном месте в нужное время, но мне кажется, это может быть дело случая. Мы согласились выступить на Вудстоке, потому что нам пообещали за это много денег, и это самая честная причина.

Я знал, что если мы отыграем это шоу, то сможем оплатить оставшуюся часть тура и позволить себе приобрести аппаратуру для сцену, которую мы хотели. Нам казалось, что на этот компромисс стоило пойти. Казалось, что это будет какое-то пафосное мероприятие, на грифе гитары Вудстока была изображена птица с логотипа Pepsi, казалось, что это будет какая-то фигня. Но когда мы туда приехали, мы подумали, что там, в общем-то, круто. Атмосфера казалась интересной, и когда мы вышли на сцену, вы можете это почувствовать, – я знал, что всё хорошо. Я знал, что это была одна из тех вещей, которые сразу находят отклик.



В конце тура "Self-Destruct" осенью 1995 года прошла серия концертов с Дэвидом Боуи, твой первый совместный тур. Что ты из этого извлёк?

Это одна из тех вещей, которые я до сих пор вспоминаю с мыслью: «О Боже, это происходило на самом деле». Он хотел отправится в тур, а я только что вернулся из тура и больше не хотел гастролировать. Я очень устал. Потом я получил сообщение от Боуи и ответил: «Ладно! Великолепно! Когда отправляемся?»

Интересной особенностью этого тура было то, что на тот момент Nine Inch Nails были популярнее Боуи, но у меня даже в мыслях не было предложить Боуи выступать до нас. Так что перед нами встала сложная задача сделать так, чтобы этим выступлением остались довольны и его, и наши фанаты, а также те интересные личности, которым нравились и мы, и он. Мы обговаривали это, и я сказал, что продолжу своё выступление, если он не начнёт своё, и мы просто отыграем одно большое шоу. Мы решили скоординировать спецэффекты на сцене, использовать белые прожектора, создать таинственную атмосферу и как-то всё разнообразить, ему эта идея понравилась. А потом это уже было делом техники.

Я думал, это был крутой тур. Не знаю, как много людей это заметили. Он произвёл на меня неизгладимое впечатление, как кто-то, кто раньше был моим кумиром, которому я, сидя в своей комнате, приписывал всякие суперспособности, а теперь этот человек был рядом со мной, и он оказался чертовски крутым парнем.

Он дал мне несколько действительно хороших наставлений, особенно в плане творчества. Он подошёл ко мне и сказал: «Я создал этот непростой альбом с Ино, и мы, возможно, вызовем у всех недоумение, потому что мы будем исполнять материал с этой пластинки. Мы не будем исполнять хиты, потому что я так хочу». Я подумал, что это настоящее мужество и убеждения. Я рад, что у меня есть такие воспоминания. Он действительно знаковая фигура. Он один из тех людей, которые никогда вас не разочаруют, если вы действительно их знаете.





Original Article


 
Сайт управляется системой uCoz