1997 King Of Nothing : Inside Trent Reznor's Techno-Industrial Complex  


CMJ Magazine
Октябрь, 1997г.
Matt Ashare



На кухне Трента Резнора висит оригинальная работа Рассела Миллса – картина земляного оттенка, где нарисовано лезвие с недостающим зубчиком, в которой сразу можно узнать изображение с задней обложки альбома Nine Inch Nails "The Downward Spiral". Вода в аквариуме с золотыми рыбками, который по существу является частью светильника в столовой, выглядит немного мутной. И, да, стены в коридоре выкрашены в насыщенный бордовый или, лучше сказать, кроваво-красный цвет. Если не считать этого, дом Резнора в Garden District в Новом Орлеане производит впечатление нормального жилища молодого, обеспеченного холостяка с хорошим вкусом и деньгами на профессионального дизайнера интерьеров. Здесь нет ничего дьявольского, за исключением разве что косы смерти, висящей в гостиной.

Резнор известен как мастер своего дела с 1991 года, когда Lollapalooza помогла его группе Nine Inch Nails возглавить растущее поколение юных нигилистов. 3 года спустя, когда NIN отделились от своего злейшего врага, TVT, а Резнор основал своё собственное издательство, Nothing, страдальческий эпос "The Downward Spiral" оказался для этого парня чем-то большим, чем просто пост-индустриальная вспышка гнева. Если "Pretty Hate Machine" был саундтреком к тому, как разбивают душу, "The Downward Spiral" стал грандиозной симфонией, звучащей на извилистом пути каждого её кусочка, уничтожаемого душевной болью.

С тех пор не вышло ни одного полнометражного альбома NIN, но Резнор не сидит сложа руки. Помимо продюсирования революционного, составленного из многочисленных музыкальных композиций и диалогов, саундтрека к постмодернистскому шедевру «Прирождённые убийцы» и музыкального оформления потрясающего в визуальном отношении и отчасти загадочного «Шоссе в никуда» Дэвида Линча, он гастролировал в составе Nine Inch Nails в туре с Боуи и продюсировал 3 CD флоридских шок-рокеров Marilyn Manson. Альбом Мэнсона "Antichrist Superstar" был почти таким же диском Резнора, как и всё остальное, что было записано Nine Inch Nails, благодаря своему обилию всевозможных мрачных звучаний и технологичному слиянию человека и машины. Он также поспособствовал тому, что Nothing перестали воспринимать как какой-то незначительный лейбл. И несмотря на то, что радикальные христиане бесплатно обеспечили Мэнсону большую часть его славы, "Antichrist Superstar" может оказаться лишь тем, что подогреет их неуёмный интерес к новой работе Резнора.

Что и привело меня (Мэтта Ашаре) в конце июля в тёплый Новый Орлеан. В настоящее время Резнор усердно трудится над преемником "The Downward Spiral" в студии, которая располагается поблизости. Это проект, на который у него уходит большая часть времени с начала года, когда, по совету продюсера Рика Рубина, он провёл месяц вдали от своего сэмплера, пытаясь сочинить песни на фортепиано в арендованном доме в Big Sur. Резнор пригласил Рубина вместо своего давнего друга и соавтора Флуда для продюсирования своего нового диска, пытаясь вырваться из прежней рутины и, что ещё более важно, обновить Nine Inch Nails. Поэтому, когда он садится на большой кожаный диван в тускло-освещённом жилище, эволюция его и его группы становится главной темой. И хотя его печально известная страсть к критике других артистов (Bush, Кортни Лав и Filter – вот только трое из них) ещё не совсем забыта, в этот раз он приберёг самые резкие слова для себя самого – или, по крайней мере, для того человека, каким он был раньше.

«Когда закончился последний этап тура, – вспоминает он, – Nine Inch Nails показались мне напыщенной, тупой вещью, которая начала становиться пародией на саму себя. Мне было неловко смотреть на видеозаписи наших концертов. Вы переходите из состояния разумного парня, который думает о том, что делает, в состояние парня, который действует в туре, совершенно не задумываясь. Но после тура я вспомнил кое-что из того, что делал, и мне показалось, что я начал становиться ещё одним примитивным рокером. Я хочу сказать, что когда я начинал, я мечтал стать Мистером Большая Знаменитость, но я никогда не думал, что смогу чего-то добиться. Там, где я вырос, я не нравился девушкам, и я не был звездой футбола или кем-то вроде того. И потом внезапно вы становитесь богаты, ваш нос уже не кажется вам таким большим и вы нравитесь девушкам. Это кого угодно может свести с ума».

«Но в какой-то момент человеку приходится заглянуть себе в душу, и тогда он понимает, что с него хватит. Я понял, что был придурком. Я плохо обходился с людьми, я плохо обходился со своими старыми друзьями и с тем, с кем только познакомился. Я подумал: "Моё дерьмо больше не воняет". Я видел личностей, наподобие Эксла Роуза, окружённых людьми, которые говорили что-то вроде: "Да, Мистер Роуз это действительно хорошо пахнет, можно мне отполировать это для вас?" Таким образом, в какой-то момент я сел, задумался над своим поведением и пришёл к выводу: "Ты чёртов придурок. Ты стал тем, кем, как тебе казалось, ты никогда не станешь"».

Ещё одной вещью, которую Резнор никогда не мог себе представить, особенно учитывая историю его сложных отношений с коммерческой стороной создания музыки, было то, что у него будет свой собственный лейбл. Но Nothing, совладельцем которого является менеджер Nine Inch Nails Джон А. Мальм Младший, спокойно стал пристанищем для постоянно растущего, интригующего списка артистов. Помимо некоторых скандальных приятелей Резнора (Pig и Мэнсона), сейчас список Nothing пополнился драм-н-бэйс волшебниками Plug (они же Люк Вилберт и Вэгон Крист), бывшим солистом Judas Priest Робом Хэлфордом, подающим надежды британским дуэтом 12 Rounds, техно-агит-поп-музыкантами Meat Beat Manifesto и Pop Will Eat Itself, а также конструктивными авангардистами Einsturzende Neubauten и Coil.

«Это то, что мы, по возможности лет через пять, хотим превратить из незначительного лейбла во что-то наподобие Death Row – знаете, я буду в тюрьме, Джона убьют, а Мэнсона застрелят на улице. Нет правда, мы не воспринимаем этот лейбл серьёзно. Мне приходится находить баланс между такими музыкантами, как Coil и такими музыкантами, как Мэнсон, пытаясь угодить Interscope, потому что они оплачивают счета. Coil – это настоящая находка, потому что они крутые в художественном смысле, но, тем не менее, они могут продать лишь 5,000 пластинок. Поэтому я стараюсь сделать жизнеспособную форму для всех – Coil, Мэнсона и Interscope».

«Мы с Питером из Coil очень хорошие друзья. У нас был долгий и тяжёлый разговор о том, что я не хочу превращать Coil в Marilyn Manson. Я просто хочу, чтобы ребята, которые, как и я, родом из Пенсильвании, могли найти их пластинки в своём местном магазине. Если Manson хотят быть Kiss на Nothing, тогда это тоже прекрасно. Они просто должны понять, что это бизнес. Он разобьёт вам сердце и разрушит душу, но такова чёртова обратная сторона. На Nothing мы пытаемся объяснить артистам, что если они хотят определённое количество денег, от них потребуется определённое количество действий. Вы должны знать, что у вас может быть гастрольный автобус, но в любом случае платить за него придётся из своего кармана. Рекорд-лейблы не хотят говорить артистам такие вещи, потому что им наплевать. Артисты обычно узнают слишком поздно, что за лимузин, который подогнали к отелю, платили они сами, или что модели, снявшейся в вашем видео, тоже платили они сами. Но есть определённый баланс, когда такая группа, как Coil, может радоваться, продавая определённое количество пластинок и создавая великолепную, претенциозную и супер-крутую музыку, не будучи вынужденными жаловаться, что они не могут использовать слово "сука" на своей пластинке, как Prodigy. Вот так это устроено».

Резнору действительно пришлось отстаивать права своих артистов на Interscope, которые сначала были не в восторге от идеи выпускать в 1994 году дебютный альбом Мэрилина Мэнсона "Portrait Of An American Family".

«Я препятствовал намерению Interscope сделать из Мэнсона чем-то правильное, – говорит Резнор. – И дошло до того, что я сказал: "Мы хотим, чтобы эта пластинка была выпущена, и если вы её не выпустите, я выпущу её сам". Они хотели, чтобы я попросил Мэнсона изменить несколько вещей, но я не смог. Основной принцип Nothing состоит в том, что мы не делаем ничего подобного. Мы предоставляем полную творческую свободу. По собственному опыту на своём бывшем лейбле я узнал, что не нужно вмешиваться в творчество других людей. Поэтому я никогда не буду цепляться к вам как к артисту. Мне достаточно знать, что то, что вы делаете, находит какой-то отклик, понимать это, и тогда я полностью вас поддержу. Разделяю ли я все убеждения Мэнсона? Нет. Согласен ли я с большинством из них? Нет. Стал бы я сам, как артист, делать это? Нет, лично я не стал бы этого делать, и у меня бы не возникло такой проблемы, что Interscope это не понравилось или что они не хотят это выпускать. Но я не могу вернуться к парню, с которым я только что подписал контракт, и сказать: «Да, кстати, насчёт того, когда я сказал, что всё, что ты захочешь сделать, – это круто. Что ж, нам нужно, чтобы изменил обложку и эту песню».

К сведению, у Резнора к Interscope нет никаких претензий, только похвалы. Хотя отношения с этим лейблом начались с конфликта.

«Они перекупили Nine Inch Nails, не посоветовавшись со мной, поэтому я стал посылать их ко всем чертям», – так Резнор в общих чертах рассказывает о своей первой встрече с главой Interscope, Джимми Иовайном, которого он с тех пор считает своим другом, а его сотрудников – бесценными союзниками.

«Когда вышел "The Downward Spiral", я понял, что у Interscope были средства, которых не было у меня раньше, и что я могу довериться их специалисту по маркетингу и консультироваться с ним».

Другая сторона дела состояла в том, что успех "The Downward Spiral" заставил Резнора пересмотреть свои отношения с фэнами.

«Мне пришлось иметь дело с моими личными демонами, возникшими из-за того, что моя крутая андеграундная группа стала популярной. Внезапно ваш фэн-клуб, ваши альтернативные фэны перестают считать вас крутыми. И это может относиться и ко мне – я не ходил на концерты Jesus And Mary Chain после того, как они стали популярны. Поэтому мне пришлось спросить себя, должен ли я постараться сделать свою музыку более недоступной или же я просто должен делать то, что мне кажется правильным. В тот момент Боно из U2, с которым я подружился, сказал мне: "К чёрту этих людей". Я немного подумал над этим, и это было всё равно что проснуться с новой причёской. Это было по-другому. Я скучаю по тому, каким я был. Но я уже не такой. С тех пор я стал по-другому воспринимать Nine Inch Nails».

В более конкретном смысле, Резнор избрал новый музыкальный курс для Nine Inch Nails.

«Я думаю, что искажённая индастриал-музыка в целом изжила себя. Всё, что я сейчас слушаю, – это хип-хоп. В прошлом году моим любимым CD была пластинка Эрики Баду. Мне также интересна новая волна электроники. Я был совершенно потрясён джанглом. Это настольно далеко от рок-н-ролла. Ускоренный ритм, противопоставленный размеренному регги – какой интересный и крутой стиль музыки. Я был в недоумении, в хорошем смысле слова, из-за того, что никогда не думал об этом. Как тогда, когда я был на концерте Jane's Addiction в рамках их тура, я стоял в чёртовом Кливлендском клубе в недоумении и ярости, думая: "Эти ребята – чертовски хорошие ублюдки!" Это была хорошая ярость. Не как в случае с 311, когда вам кажется ужасным то, что вам приходится их слушать. Нет, это была хорошая, заставляющая задуматься, ярость».

Резнор говорит, что экспериментировал с драм-н-бэйсом в студии, а также с различными лупами и электронными ритмами, которые всегда преобладали в материале Nine Inch Nails. Но это лишь часть картины. Недавно он был в Чикаго, где Стив Албини записывает ударные партии Билла Рифлина (бывшего участника Ministry). Он планирует вырезать и вставить результаты в ритм-треки нового диска. Он также безрезультатно провёл месяц в Биг-Сюр, пытаясь написать песни в более традиционной манере.

«Когда я обратился к Рику Рубину по поводу записи этого альбома, он сказал: "Как друг и как фэн я хочу тебе сказать, что мне кажется, что ты загоняешь себя в угол. Ты можешь пойти намного дальше в своих текстах". Он велел мне постараться написать композиции для пластинки, используя только фортепиано, а не драм-машину. Я попытался. Я отправился в Биг-Сюр и жил в доме в полном одиночестве. Я стал сходить с ума и был готов покончить с собой, сидя за фортепиано и стараясь сочинять как Том Петти. Я думаю, что Петти великолепен. Я также понимаю, что когда я сажусь и действую так, это начинает звучать как "The Stranger" Билли Джоэла».

Дэвид Боуи тоже поделился кое-каким советом о написании песен.

«Мы подолгу разговаривали, когда были в совместном туре. И в какой-то момент он сказал мне: "Я не хочу звучать, как твой папа, – а он действительно одного возраста с моим отцом! – но постарайся писать от третьего лица, и ты поймёшь, что выбрался из ямы, в которую ты когда-то сам себя загнал". Таким образом, я попытался изменить это. Для автора очень странно стараться выразить себя как-то по-другому. Для меня это было всё равно что заново учиться писать, поскольку я совершенно не знал, как писать так».

В итоге новый альбом Nine Inch Nails будет окончательно завершён лишь этой осенью, когда Рубин присоединится к Резнору в студии и сможет полностью погрузиться в эту работу. Единственное, о чём с уверенностью может сказать Трент, – это то, что он намерен преподнести сюрприз слушателям.

«Я думаю о новом направлении. Я понял, что для меня важно бросать вызов общепринятым нормам и держаться в стороне от безопасных вещей. Я сосредоточился на экспериментах с тематикой и стилистикой. Это пластинка будет больше похожа на пластинку Тома Петти, не в том плане, что это будет десять поп-песен, а в том плане, что это будет десять не связанных между собой песен, а не одна большая история, какой была The Downward Spiral. Я знаю, всё это, вероятно, звучит высокомерно и претенциозно, но мне вспоминается интервью с Клайвом Баркером, которое я когда-то прочитал. Он сказал что-то вроде: "Я знаю многих людей, подобных мне, но выпуская какое-то новое произведение, я хочу вызывать недоумение у своих фэнов. И, возможно, они доверятся мне и, возможно, они уважают меня настолько, что согласятся пойти другим путём. А если я не буду поступать так, тогда я, как арстист, не буду честен перед самим собой". Вот такой альбом я стремлюсь сделать».



Original Article


Сайт управляется системой uCoz