| |||
|
People Magazine
Январь, 1995г. Трент Резнор – это противоположность Бон Джови. Он бог Индастриала, разновидности электронной музыки, которая благодаря своим заранее записанным лупам и сокрушительным драм-машинам возвращает нас к диссонансу Джона Кейджа и звучит как крах капитализма. Но Резнор со своим трепетным вокалом и понятными текстами возглавил Индустриальную революцию: он подарил мрачному жанру человеческое сердце. Говорят, он написал первые Индустриальные песни о любви. Это такая любовь, которую Маркиз де Сад счёл бы восхитительной. Например, вышедший в 1994 году альбом "The Downward Spiral" был записан в доме, где последователи Чарльза Мэнсона в 1969 году убили Шэрон Тэйт. Но на нём также есть моменты уязвимости – в ставшей хитом песне "Hurt" Резнор поёт: "I hurt myself today / To see if I still feel / I focus on the pain / The only thing that's real" («Сегодня я причинил себе боль / Чтобы проверить, способен ли я ещё чувствовать / Я сосредоточился на боли / Единственной вещи, которая реальна»). "The Downward Spiral" был продан тиражом свыше двух миллионов экземпляров, а ранее в этом году журнал "Spin" назвал Резнора «самым влиятельным музыкантом». Резнор (31 год) записывается как Nine Inch Nails, который представляет собой студийный проект одного человека, и делает успешную гастрольную карьеру как лидер Nine Inch Nails, квартета, который интерпретирует его компьютеризированные композиции перед неконтролирующими себя фэнами. Сейчас он воспитывает других шок-рокеров, таких, как хардкор-хоррор-группа Marilyn Manson. Работа Резнора – это кошмар в понимании таких моралистов, как Уильям Беннетт, но Оливер Стоун пригласил Резнора написать музыку для «Прирождённых Убийц», равно как и Дэвид Линч – для своего пост-нуар фильма «Шоссе в никуда». Резнор также предоставил саундтрек для жизни Готов, субкультуры ребят преимущественно из поколения Y, которые одеваются в чёрное, чтобы выглядеть как вампиры, и которые одержимы смертью и упадком. Музыка Резнора неприятная, грубая вещь, переполненная отклоняющимся от нормы сексом, суицидальной меланхолией и жестокой мизантропией. Но депрессивным людям его музыка, которая отходит от бессердечной сущности Индастриала, предлагает характерное для поп-музыки неустанное вселение надежды или исцеляющее злорадство: в этом мире есть боль, которая сильнее вашей. Этот урок стар как блюз Роберта Джонсона. Резнор использует неистовую силу Индустриального рока не с юношеской самонадеянностью, а с вдумчивой, самоуничижительной манерой. «Я не рассчитывал ни на какой коммерческий успех, – говорит он. – Но люди "поняли это". Я этого не ожидал». |
| Original Article |